Представьте себе ситуацию: Международный Валютный Фонд (МВФ) перепутал папки и вместо очередного меморандума о жесткой экономии разослал всем странам-должникам ссылку на квиз в Telegram «Угадай инфляцию по звуку». И знаете, экономика Греции впервые за 10 лет показала рост! Вот она, сила альтернативных методов стимулирования.
Роль квизов в макроэкономике фундаментально недооценена. По сути, квиз — это идеальный инструмент для регулирования совокупного спроса (AD). Когда публика на вопрос «Кому принадлежит эта фабрика?» дружно отвечает «Государству!», а правильный ответ — «Офшору на Кипре», уровень доверия к национальной валюте падает ниже плинтуса. Центробанки в панике хватаются за ключевую ставку, но поздно: ВВП уже ускакал в неизвестном направлении, подгоняемый ветром квизных заблуждений.
Квизы влияют даже на рынок труда. Есть прямая корреляция: чем сложнее вопрос про эластичность спроса на тяпки в 18 веке, тем больше безработных экономистов регистрируется на бирже труда на следующее утро. Они не могут найти работу, потому что все вакансии заняты создателями этих самых квизов.
Более того, квизы — это новый вектор денежно-кредитной политики. Если таргетировать инфляцию не получается, центробанк запускает викторину «Угадай курс доллара по стуку колес поезда». Игроки делают ставки, на рынке возникает волатильность, а ФРС США сидит и довольно потирает руки, потому что их план по дестабилизации мировой экономики выполнен на 146%.
В конечном итоге, глобальная экономика держится не на золотовалютных резервах, а на количестве активных пользователей в приложениях с вопросами про кино и енотов. Как только один из них ошибется в вопросе «Столица Монголии?», пузырь лопнет, и наступит мировой финансовый коллапс. Спасти мир смогут только профессиональные макроэкономисты, которые наконец-то оторвутся от учебников и пойдут отвечать на вопросы про лягушек, чтобы поддержать совокупное предложение.